Каталог
Славянский интернет-магазин Зареница
  • Ребенок – это не сосуд, который нужно заполнить, а огонь, который нужно зажечь.
  • Стол украшают гости, а дом - дети.
  • Тот не умирает, кто детей не покидает.
  • Будь правдив даже по отношению к дитяти: исполняй обещание, иначе приучишь его ко лжи.
    — Л.Н. Толстой
  • Детей нужно учить говорить, а взрослых прислушиваться к детям.
  • Дайте детству созреть в детях.
  • Жизнь надо мешать чаще, чтобы она не закисала.
    — М. Горький
  • Детям нужно дарить не только жизнь, но и возможность жить.
  • Не тот отец-мать, кто родил, а тот, кто вспоил, вскормил, да добру научил.

Светлана Жарникова о празднике Купала
16.06.2016

photo_2016-06-16_21-31-38

"Купало/Купала" - один из древнейших русских праздников. Связанный с летним солнцестоянием, еще в ведическую (а вероятнее всего и в индоевропейскую) пору он делил год на две половины, о которых в Махабхарате говорится так:

"Божественные день-ночь (сутки) — это год,
Он также делится на две части:
Ночь - это путь (солнца) на юг, день - это путь на север".

Б. Л. Смирнов, комментируя этот текст, пишет: "Время движения Солнца на юг считается темной половиной года; умерший в это время подлежит возврату. Движение Солнца к северу (от зимнего до летнего солнцестояния) "светлой половиной", умерший в это время не возвращается". Причем, согласно идее трех начал — святости, страстности и злобы (незнания), соответственно светлой, красной и темной карме, люди разделялись в своих посмертных судьбах:

Темные направляются в преисподнюю,
Красные (раджас) — к человеческому (существованию),
Светлые в мир богов уходят, причастные счастливой доле.

В силу исключительной злобности (они)
Попадают в звериные лона,
В силу праведных-неправедных (дел) — в человеческие,
А в силу праведных — в божеские (лона)".

Именно в Купальскую ночь, когда Солнце поворачивало на юг и начиналась "Ночь богов", после обрядов очищения водой и огнем, как бы "включался" процесс возвращения на землю тех душ, которые "в силу праведеных-неправедных дел", совершенных в прошлой своей жизни, должны вернуться на землю в человеческом облике. Излившись дождем или росой, они приходят вновь в мир людей в облике новорожденных младенцев. Вспомним средневековое русское поучение: "То ти не Род, седя на воздусе мечет на землю груды (дождь, росу — С. Ж.) и в том рождаются дети" и ведическое представление о том, что "путь предков ведет умершего на Луну, откуда он изливается дождем или росой и вновь рождается здесь".

Наши далекие предки были убеждены, что "из навей (мертвых — С. Ж.) нас дети емлют", то есть из мира мертвых мы возвращаемся в этот мир детьми. Не случайно в Вологодской губернии еще в начале XX века собирали и пили росу с трав, собранных в купальскую ночь. Считалось, что это приносит здоровье и жизненную силу, способствует зачатию и рождению здорового потомства. М. Забылин писал о том, что накануне Купало/Купала все северные народы отмечали праздник Росы, "так как почитание богини Ладо было у всех общее". Души возвращались на землю дождем и росой, и необходимо было дать им новую плоть, зачать новые живые существа.

Д. К. Зеленин, говоря о празднике Купало/Купала, подчеркивает, что "в древности с этим периодом совпадал свадебный сезон, то есть время заключения браков — разумеется, не в нашем понимании, не индивидуальных браков, а "игрищ в селениях". И он же отмечает, что "огонь, через который прыгает молодежь — это не только средство очищения, но и оберег; предпочтение, которое оказывают при этом соломе и разному старью, как топливу для таких костров, может свидетельствовать о том, что к огню приглашают умерших предков".

Подчеркнём, что день Купало/Купала приходился на день летнего солнцеворота, отмечавшего у древних индоевропейцев начало "Ночи богов". В этом празднике поклонение солнцу, огню, воде и деревьям проявлялось с наибольшей силой. Вот что писал о нем автор XVI века: "... с вечера собирается простая чадь обоего пола и соплетают себе венцы из ядомого зелия или корения и перепоясавшеся былием возгнетают огнь; инде же поставляют зеленую ветвь и, емшися за руце около, обращаются окрест оного огня поющие свои песни, переплетающие Купалом; потом через оный огонь перескакуют... Егда бо приидет самый праздник Рождество предтечево, тогда в святую ту нощь мало не весь град возмятется, и в селах возбесяти в бубны, и в сопели, и гудением струнным и всякими неподобными играми сатанинскими, плесканием и плясанием, женам же и девам их главами киванием и устнами их неприязнен кличь, вся скверные бесовские песни, а хребтом их вихляние и ногам их скакание и топтание; туже есть мужем и отроком великое падение, туже есть и на женское и девичье шатание".

Поскольку Купало/Купала был днем, "знаменовавшимся браками", то молодежь как бы приобщалась к огню во всех его ипостасях: и в образе солнца, и в образе дерева, и в образе костра, и в образе воды. В Махабхарате говорится о том, что, когда бог Рудра вселился в Огонь, то часть его семени упала на гору, другая в воду, третья попала в лучи Солнца, четвертая на землю и пятая в деревья. В эпосе утверждается, что "этих пять нужно почитать лучшими цветами тем, кто богатств желает. Нужно оказывать им (то есть горам, воде, солнцу, земле и деревьям) почтение и ради успокоения болезней... Им должны поклоняться здесь те, что желают блага своим детям". На Русском Севере именно в Иванов день начинали купаться, а девушки купались голыми. Существовал обычай купаться или кататься в Ивановой росе. В этот день добывали "живой огонь" трением двух кусков дерева друг о друга. В Никольском уезде Вологодской губернии старики добывали огонь при помощи березовой чаги. В неё вставляли край палки, вращением которой получали огонь.

В связи с принятым в Никольском уезде Вологодской губернии способом добычи "живого огня" на Купало/Купала, стоит вспомнить, что в индийской традиции Рудра (воплотившийся в огонь и являющийся одной из ипостасей Неба-Варуны) — созидатель жизни и в этом качестве "он предстает не в виде человека, а в форме фаллоса, который называется "шивалингам". Шивалингам изображается, как правило, в сочетании с "йони" — кольцом у его основания, символизирующим женское начало — шакти, стимулирующее пробуждение творческого мужского начала.

По сути дела, название "шивалингам" относится именно к этому сочетанию, фиксирующему в себе обширную область индусской философии, трактующую вопросы возникновения материи, мира, жизни, на земле и проявления созидательной энергии", — пишет Н. Р. Гусева. В этом способе получения "живого огня", который использовали старики в Никольском уезде, мы фактически видим тот же "шивалингам" (деревянный стержень и "йони" - березовая чага), что и в индийском варианте. "Живым огнем" поджигали купальские костры. Молодежь прыгала через них, часто парами. Считалось, что если при этом они не разомкнут рук, то поженятся.

Во время танцев вокруг костров образовывали магический круг, защищая себя от нечисти. Иногда делали чучело, водили вокруг него хоровод, и с ним в обнимку перепрыгивали через костер. А затем это чучело (часто наряженную березку) жгли "с песнями плачевными, за коими следовала попойка". Иногда Купалу представлял большой кол, вбитый в землю, обложенный соломой, со снопом наверху. В сумерки его поджигали.

Н. Р. Гусева, в связи с праздником Купалы, пишет следующее: "Бога-Солнце славяне одаривали разными именами: Купало/Купала, Ярило, Хоре. Обращаясь к индоарийским языкам, мы встречаемся с такими возможностями истолкования значения этих имен:
а) "Купало/Купала" состоит из двух слов — "ку", что значит на санскрите "земля", и "пала" — "податель даров", "охранитель" и в таком толковании имя Купало/Купала больше соответствует сущности бога Солнца. Обряд священных омовений связан с культом солнца очень тесно: и в современной, и в древней Индии воду возливают на алтарь с изображением бога — Солнца, в воду входят, встречая восход солнца. Вполне возможно, что эти обряды уходят в глубокую древность, равно как и обряды культа плодородия, неотделимые в сознании людей от представлений об оплодотворяющей силе солнца.
б) В основе имени "Ярил (а)" лежит корень "яр", который в ряде индоарийских языков и сегодня образует слова, означающие ярость, страстность, любовное исступление или горение. (В языке Авесты слово "яр" связано также с понятием "год" — С. Ж.). Все эти понятия без труда также связываются в нашем сознании с образом Солнца, особенно весеннего Солнца, и с представлениями, роднящими страсть с яростью и яркостью. Имя — эпитет Ярило является одним из самых впечатляющих и поэтических имен Солнца в наших народных песнях и преданиях.

И, наконец: в имени Хоре можно найти соответствие в санскритском слове "харос" ("хара"), которое означает "огонь", "пламя", "наполненность энергией" и употребляется в Индии вплоть до наших дней в качестве синонима самого понятия "бог".

И. М. Снегирев отмечал, что "День Купала... между чернью назывался Ярилов день в Ярославской, Тверской и Казанских губерниях". В. К. Соколова пишет: "Можно почти с полной уверенностью поставить знак равенства между Купалой и Ярилой", что полностью соответствует вышеприведенным словам Н. Р. Гусевой.

Таким образом, можно констатировать, что купальская обрядность тесно связана с культом Солнца, огня, воды и плодородия.

Имеет смысл вспомнить, что в апокрифе XII—XIII веков говорится о славянах, "устроивших" себе каменное изваяние "Трояна Харса Белеса Перуна". (Запятые в текстах тогда, как известно, не ставили). Смысл этого сообщения можно понять, как перечисление трех ипостасей Бога Трояна (трехликого, трехсоставного). Он Харе, что на санскрите означает "огонь", "пламя", "наполненность энергией". Н. Р. Гусева подчеркивает, что в Индии это слово является "синонимом самого понятия "бог". Он Белес, что значит Владыка. Он Владыка Молний — перунов. В Ригведе аналог Трояна-Варуна прославляется, как "давший солнцу ноги", "торящий дороги солнца", "протолкнувший солнце на небо". Вдревнеиранской Авесте еще один аналог Трояна Ахура Мазда (Господь Премудрый) говорит о Солнце: "Я сотворил его — столь же достойным почитания и поклонения, как я сам", а Митра — Солнце, обращаясь к Ахура Мазде, называет его "небесным, святейшим, творцом мира, чистым". В русской летописи XII века говорится о том, что "... сего ради прозваша и бог Сварогъ... и по сем царствава сынъ его именемъ Солнце... царь сынъ Свароговъ еже есть Дажьбог". Древнерусский Сварог — отец Солнца (как и Варуна, и Ахура Мазда) — это Бог Неба, Верховный Бог Творец, ведь Сварга (svarga) на санскрите буквально значит "небо". И здесь уместно вспомнить, что "по представлению русских поселян солнце есть огонь, поддерживаемый Дедом... По произволу Деда начинается день и наступает ночь". Дедом величали Бога Неба. Но его же звали Сварогом и, судя по всему, именно это имя мог носить в древности наш Дед Мороз.

Ранее уже отмечалось, что в древнеиндоевропейской традиции год делился на 3 четырехмесячных сезона и второе четырехмесячье, начинавшееся с летнего солнцеворота — 22 июня, находилось под покровительством Савитри, то есть женской ипостаси бога Савитара. Савитар (Savitar — буквально "порождающий") отец бога Солнца (Сурьи). Он торопит Солнце, которое подчиняется ему. Универсальное определение Савитара — "золотой", его называют "господином творенья и господином мира", он " охватывает тройное воздушное и небесное пространство, приводите движение три неба, три земли, охраняет людей тремя обетами". Савитар, как образ восходящего и заходящего солнца, является одним из аспектов Варуны — аналога восточнославянского Деда Мороза. Покровительница четырехлетних месяцев Савитри — "спасительница", женская ипостась Савитара. Таким образом, период, начинающийся поворотом солнца на юг — лето северных широт, охраняют две ипостаси бога Творца — мужская и женская. Именно они стоят в центре праздника Купало/Купала — это всем известные Иван да Марья. В Песнях Купалы поется о том, как Иван звал Марью идти в поле, чтобы стеречь хлеб, беречь коров, жечь ведьм, замыкать им зубы. Песни рассказывают о праздничном купанье: "где Иван купался — берег колыхался, где Марья Купало/Купалась — трава расстилалась". Цветок Иван-да-Марья состоит из двух красок — синей и желтой. Мы знаем, что желтый цвет символ света, золота, солнца, а синий — ночи, воды, тайных знаний. Именно цветы Ивана-да-Марьи вплетали в купальские венки, приносили в дома, втыкали в веники, которыми парились только на Купалу. Поэтические баллады купальского цикла рассказывают о том, что родные брат и сестра, разлученные в детстве, встретились и поженились, не узнав друг друга. И за этот кровосмесительный брак они превратились в цветок. Однако этот простой, хотя и трагический, сюжет на поверку оказывается совсем не простым. Когда мы говорили об одном из прообразов Деда Мороза в древней восточнославянской мифологии, мы отмечали образ Владыки Вселенной Рода. Заметим, что в санскрите "родас" это небо и земля, то есть Вселенная. На Купало/Купала, при сборе купальских целительных трав, на Русском Севере еще в начале XX века женщины приговаривали:

"Небо — тетя, Земля — мати! Помоги траву брати!" Род — аналог общеиндоевропейского бога неба Варуны и древнеиранского Ахура Мазды. Но среди божеств из других мифологических систем, которых автор средневекового поучения против язычества считает сопоставимыми с Родом, назван древнегреческий Аполлон. Отметим, что русский автор называет его Артемидом. Кто же такой бог Аполлон — аналог древнерусского бога Рода, а значит и нашего Деда Мороза. В греческой мифологии он сын Зевса и Лето, брат-близнец Артемиды. Лингвисты считают, что "данные греческого языка не позволяют раскрыть этимологию имени Аполлона". Он "стреловержец, губитель, прорицатель, блюститель гармонии космической и человеческой, соединяющий воедино небо, землю и преисподнюю". Но наряду с губительными действиями Аполлону присущи и целительные — он врач, защитник от болезней. И, наконец, — он пастух. (То есть ему присущи все атрибуты и Рода, и Варуны). Но при том, что в древнегреческой мифологии он сын Зевса, Аполлон не имеет отчества и его зовут по имени родившей его и Артемиду матери Лето — Летоид. Исследователи отмечают, что "на более поздней стадии архаики он — демон смерти, убийства, даже освященных ритуалом человеческих жертвоприношений, но он и целитель, отвратитель бед". Его сестра — близнец Артемида, дочь Лето. Это грозная богиня, вооруженная луком и стрелами, она следит за исполнением издавна установленных обычаев, упорядочивающих животный и растительный мир. Святилища Артемиды часто находились вблизи источников болот. В Малой Азии, в знаменитом Эфесском храме, почиталось изображение Артемиды многогрудой — Великой Матери. В этом своем качестве она помогает роженицам (только появившись на свет, она помогает матери принять родившегося вслед за ней Аполлона). И, наконец, "древнее, представление об Артемиде связано с ее лунной природой, отсюда ее близость к колдовским чарам богини луны Селены". Говоря о близнецах брате и сестре Аполлоне и Артемиде, детях Лето, не стоит забывать, что Аполлона называли еще и Гиперборейским, то есть северным богом, что летом он улетал на лебедях на свою родину, к берегам Кронийского или Скифского океана, то есть на побережья Белого и Баренцева морей! Что именно у Северного Полюса помещали древнейшие мифы храм Аполлона. Стоит также вспомнить, что негреческое имя Аполло и Аполлон весьма близко к Купало (Купало и Купалон). Во всяком случае, у нас более чем достаточно оснований, чтобы связать образы Аполлона и Артемиды (Артемида и Артемиды Летоидов) с праздником летнего солнцестояния восточных славян и цветком Ивана-да-Марьи, символом дня Купалы. Золото солнечного света и синий мрак ночи, жизнь и смерть, возрождение к новой жизни как неизбежность нового ухода — все это слилось в обрядах Купалы — порубежья Дня и Ночи богов. Таким образом, ведические Савитар и Савитри, древнегреческие Аполлон и Артемида и русские Иван-да-Марья — образы одного круга — мужская и женская ипостаси Творца, включающие в купальскую ночь вечный процесс перетекания смерти в жизнь. В том, что в основе понимания символики незамысловатого, казалось бы, цветка лежит такая громадная историческая глубина, не приходится сомневаться. Это один из тех многочисленных примеров в русской народной традиции, "когда мифологический образ сохраняется в своем архаическом состоянии, не подвергаясь сколько-нибудь значительным трансформациям, даже в современной фольклорной традиции".

А. С. Фаминцын, отмечая, что в северовеликорусской традиции наименование Ярило идентично Купале, проводят параллели между ними и "богом женитьбы и веселия "Ладо". В напевах Купалы звучат слова: "Ой, Дид Ладо!". А. С. Фаминцын отмечал наличие замещения в слове "дид" буквы "и" буквой "е", и подчеркивал, что "такое замещение встречается в великорусских песнях" (то есть, мы имеем дело с понятием "Дед Ладо"). Он же указывал на то, что "Лад сближается с Туром. Припев в песне о Туре "удалом молодце" в одном из вариантов своих отождествляет оба божества: "Ой, Тур, Дид Ладо!". Здесь Тур прямо называется "Великим Ладо". Это сближение и сплетение в народном языке названий Тур, Лад, Ярило, Хоре показывает, что все они служат к обозначению разных сторон одного светлого, благодетельного, плодоносного божества". А. С. Фаминцын, говоря об основных чертах "Ярилина дня" или "Купало/Купала", подчеркивает, что наряду с мужским божеством "и даже предпочтительно, чествуется божество женского пола, именно Купало/Купала, Купалка или Марена, причем и многие из этих обрядов исполняются женщинами". И здесь он считает возможным провести параллели между купальскими обрядами и теми, которые совершались в день летнего солнцестояния у горы Соракты в честь великой богини Феронии и Аполлона Соранского. Об этих обрядах Страбон и Вергилий говорят следующее: "вдохновленные богиней шествуют невредимо босыми ногами по кучам пылающих огней и пепла, и сюда стекаются многочисленные толпы народа, как ради этого ежегодного народного торжества, так и ради упомянутого зрелища" и "Высший из богов, ты, которого мы прежде всех призываем, которому возжигаем костры из соснового дерева, ради которого мы, служащие тебе, в уповании на благочестие, твердо ступаем через огонь по пылающим угольям". Он пишет далее: "Эти древние свидетельства о почитании возжжением костров и прочими обрядами Феронии, совпадают с приведенными выше свидетельствами о нашем купальском торжестве. Должно ли считать простой случайностью, что непосредственно за Ивановым днем (24 июня) у нас празднуется, носящая сходное с Феронией имя, св. Феврония (25 июня). В Великой Руси св. Аграфена, чествуемая 23 июня, получила в народе прозвище "Купальница". Вспомним, в связи с богиней Феронией, что сестра-близнец Аполлона Артемвда на Аттике в Бравроне почиталась как медведица. Жрицы Артемиды Бравронии надевали в ритуальном танце медвежьи шкуры и назывались "медведицами". В Великой Руси существовал обряд, когда на Купало/Купала до восхода солнца нужно было пронести через стадо медвежью голову, а затем зарыть ее посреди двора. Считалось, что тогда среди скота не будет падежа, так как именинником в Иванов день был сам Владыка Вод, то его звериная ипостась — медведь заслуживал самого серьезного поклонения. Встреча с медведем в это день — к добру. Особенно подчеркнем, что в русских обрядах "медведь, как и Никола, повсеместно выступает в функции покровителя скота", что при падеже скота могут носить вокруг деревни медвежью голову или икону св. Власия, который (как и Никола) соотносится с Велесом (а, значит, и с Родом, Трояном, Варуной и Аполлоном). Кроме того, в связи с брачной обрядностью Купалы, вспомним, что "названия медведь и медведица в восточнославянском свадебном обряде в первую очередь характерны для жениха и невесты или же для новобрачных". Но медведь — одно из воплощений Деда Мороза, которому, как мы знаем, свойственно оборотничество. Так считалось, что до Спиридонова дня (25 декабря) "зима ходит в медвежьей шубе", что она длится по медвежьему хотению: "Как на Спиридона—солнцеворота (25 декабря) повернется мишка в берлоге на другой бок, так и зиме половина до весны осталось". В индоевропейских, а особенно в восточнославянской и балтской мифологических традициях, медведю дается табуистическое наименование "дед", "дедушка", "старик". Вспомним, что до недавнего времени такие формы обращения к живым людям категорически запрещались и понятия "дед", "дедушка" связывались только с предком, прародителем. Будучи связанным в мифологии и ритуале с древним восточнославянским богом — Владыкой Неба — Белесом (а значит и с Варуной, Ураном, Родом, Трояном, Ахура Маздой) — прообразом Деда Мороза, медведь выступает как умирающее и воскресающее божество, предок, родоначальник, дух-хранитель и хозяин мира мертвых. Таким образом, медвежий культ богини — сестры Аполлона Артемиды Бравронии, связанный с летним солнцестоянием, хорошо соотносится с нашими купальскими обрядами.

Пляски на раскаленных углях и прыжки через огонь, посвященные в день летнего солнцеворота близнецам Аполлону и Артемиде, ничем не противоречат восточнославянской купальской обрядности с символикой Ивана-да-Марьи, Купало и Купалы, Ладо и Лады и т.д. Идея близнечности буквально пронизывает индоевропейскую мифологию, что неоднократно отмечалось исследователями. Культ близнецов в ней связан с символикой плодородия и со священным мировым деревом. Купало/Купала действительно праздник СОХРАНЕНИЯ, в отличие от весенних праздников СОЗИДАНИЯ. Им начинается Лето. И на Масленицу, и на Троицу (и на 1 мая) предки приглашаются и приходят как гости (ряженые) на короткий срок дня (14 дней) или суток (28 дней) своего мира. На Купало/Купала начинается возвращение душ умерших на новую человеческую жизнь. Души падают с неба дождем или росой, а потом вновь рождаются детьми. Отсюда идет обычай, когда бесплодные женщины накануне Купалы (в день Росы) катались по росе, обнажив нижнюю часть тела. "Из навей (то есть мертвых — С. Ж.) нас дети емлютъ", — считали наши предки, выражая свои представления об извечном переходе от жизни к смерти и от смерти к жизни, о нескончаемой цепи перевоплощений. В их представлениях о жизни душ умерших в потустороннем мире и возвращении на землю в различных обличьях, совершеннейший из которых — возвращение в свой род новорожденным, огромную роль играло священное дерево вечности. Оно было посредником во взаимосвязях миров. По представлениям индоарьев это "вечное дерево называется бессмертным, в нем покоятся все миры". Именно с таким деревом приходит к людям зимой Дед Мороз. Именно такое дерево соединяет мир живых и мир мертвых на Масленицу и Троицу (и 1 мая — майское дерево). Оно присутствует и в обрядах Купалы. Судя по всему, в этот период ритуальных свадеб обряды на Русском Севере совершались у хвойного дерева ели. Об этом языческом бракосочетании напоминает пословица: "Венчали вокруг ели, а черти пели".

Представление об изначальной двуполости верховного творящего божества и о его связи с деревом прослеживается еще в ведическом тексте, где спрашивается: "Что был за лес и что за дерево, из которого вытесали небо и землю?". А также в гимне богу Огня, где говорится о двух началах — мужском и женском, являющихся в то же время двумя кусками дерева, трением которых друг о друга получается священный огонь. Получение такого "священного огня" — один из кульминационных моментов дня Купалы. В этот день, отмечающий начало лета и "ночи богов", когда включался процесс возвращения умерших в мир живых людей в образах новорожденных детей, Верховное творящее начало должно было выступать непременно в двух своих ипостасях — мужской и женской, участвующих в процессе воспроизводства. По окончании этого обрядового цикла начинался новый этап — "свертывание" этих противоположных ипостасей в единый нерасчлененный образ Творца-первопредка, соединяющего в себе Отца и Мать, Небо и Землю — Рода Велеса Трояна. Эти особенности построения древнейших мифологических систем были отмечены Ю. М. Лотманом и 3.Г. Минц, которые подчеркивают, что в процессе исторического бытия мифа "ипостаси единого персонажа, расположенные на разных уровнях мировой организации, стали восприниматься как различные образы" и "появление персонажей-двойников — результат дробления мифологического образа, в ходе чего различные имена Единого становятся различными лицами". Вывод из этого: "Все разнообразие социальных ролей в реальной жизни на уровне мифологического кода свертывалось в идеальном случае в единственного персонажа. Такие свойства, которые в не мифологическом тексте выступают как контрастные и взаимоисключающие, воплощаясь во враждебных персонажах, в пределах мифа могут отождествляться в едином амбивалентном образе". Именно в таком "едином образе" предстоит встретиться со своими потомками "Ивану-да-Марье", "Купало и Купале", "Ладо и Ладе", "Аполлону и Артемиде" летнего солнцеворота в новый период года — период "Разрушения", то есть зимой. И здесь они предстанут перед нами вновь в образе Высшего божества как олицетворения небесной звездной тверди, ночного бескрайнего Неба и всех Вод-Варуны-Урана или Деда Мороза. Владыка вечных космических законов, он будет снова воссоздавать мир, судить и награждать людей и дарить им новое время жизни — Новый год.

Так же рекомендуем посмотреть

Комментарии

Пока нет комментариев