Каталог
Славянский интернет-магазин Зареница
  • Ребенок – это не сосуд, который нужно заполнить, а огонь, который нужно зажечь.
  • Стол украшают гости, а дом - дети.
  • Тот не умирает, кто детей не покидает.
  • Будь правдив даже по отношению к дитяти: исполняй обещание, иначе приучишь его ко лжи.
    — Л.Н. Толстой
  • Детей нужно учить говорить, а взрослых прислушиваться к детям.
  • Дайте детству созреть в детях.
  • Жизнь надо мешать чаще, чтобы она не закисала.
    — М. Горький
  • Детям нужно дарить не только жизнь, но и возможность жить.
  • Не тот отец-мать, кто родил, а тот, кто вспоил, вскормил, да добру научил.

СЛАВЯНСКОЕ СОСЛОВИЕ ВИТЯЗЕЙ
08.08.2016

eSRTG9y_QKw

С детства каждый из нас знает, что витязь — это славный воин, защитник Отечества, богатырь. От имени этого веет эпической мощью и красотой. Не случайно на Руси великих полководцев называют витязями, вкладывая в это слово особый смысл. Александр Невский, Дмитрий Донской, Суворов, Кутузов — все они полководцы, победители и, конечно, витязи. Есть в слове «витязь» особое духовное измерение и благородство. Лишь вставший за Веру, Правду и Отечество достоин называться Витязем с большой буквы. Но необходимо помнить, что кроме эпического и поэтического понимания этого слова есть и историческое, конкретное понятие слова «витязь». В чем состоит эта историческая конкретика, мы разберем с особой тщательностью, тем более что тема эта не разработана должным образом в русской историографии.

Владимир Иванович Даль в своем словаре дает следующее объяснение слову «витязь»: храбрый и удачливый воин, доблестный ратник, герой, воитель, рыцарь, богатырь. Витяжествовать, витяжничать, витязить: наездничать, богатырствовать, странствовать, ища молодеческих приключений, посвятить себя воинским подвигам, заниматься воинскими игрищами, сражаться на турнирах. Однако в Средние века за понятием «витязь» стояло совершенно конкретное и однозначное сословное содержание. В польских и чешских хрониках сословие витязей упоминается сразу вслед за князьями, впереди воевод и жупанов.

В своей объемистой истории Византийской империи, говоря о Болгарском царстве, Ф. И. Успенский приводит интересные данные, которые помогут нам лучше понять не только сословные особенности воинской славянской элиты, но и ее внутреннюю, довольно сложную, структуру. Эти данные позволяют провести параллель между исконным славянским словом «витязь» и словом «богатырь». Ф. И. Успенский писал: «...Остановим внимание на чинах или титулах и званиях, которые бросают свет на боярское и служилое сословие у языческих болгар. Таковы титулы жупан, тархан; первый означает у славян племенного князя, и с тем же значением должен быть принимаем у болгар; что же касается тархана, то это было высшее военное звание, даваемое заслуженным государственным мужам, занимавшим высшие места в администрации. Далее следуют звания богатур или русское богатырь, вагаин, воила, соответствующие нашему термину боярин. Существует мнение, что русское слово «богатырь» заимствовано из тюркских языков, где оно встречается в различных формах. Ряд историков считает, что заимствование носило обратный характер. У болгар богатыри встречаются в самой отдаленной древности... Слово «богатырь» обозначало степного удальца, непременно наездника на лихом коне, проезжающего огромные степные пространства, сроднившегося с конем и всеми условиями степной жизни. Между такими наездниками этим почетным титулом пользовались те, которые отличались неутомимостью, выносливостью, силой и храбростью, составляли гордость дружины какого-либо хана и посылались им на самые трудные и смелые предприятия».

Такие же дружины богатырей были и у наших русских князей. Яркий образ этих полубожественных героев доносят до нас былины. Немного уходя от нашей темы, отметим, что у болгар часть титулов военной знати имеет явное славянское происхождение. Кроме «жупана», у нас есть все основания рассматривать и «тархана» в качестве древнейшего славянского воинского титула. Вспомним героя былинного эпоса Тарха Тарховича, в котором академик Б. А. Рыбаков видел древнего легендарного скифского царя, имя которого Геродот донес до нас в форме Таргитая. Уместно здесь вспомнить и одну из старейших русских дворянских фамилий Тарховых, чьи потомки по мужской линии и сейчас еще живут в Петербурге.

Еще один титул — «воила» не нуждается в особом толковании. Это, конечно, просто «воин». Все говорит о том, что все эти титулы болгарская знать принесла с собой, переселившись в VII веке в Мизию. Значит, не так уж были далеки от истины те русские историки, которые видели в древних болгарах Причерноморья не тюрок, но славян. Вероятно, речь должна идти о древних сарматских племенах, в чей состав влились роды тюркской знати, что, однако, совершенно не изменило их расовый тип, о чем свидетельствует современная антропологическая наука.

И возвращаясь к теме сложного иерархического деления воинского сословия у болгар, мы должны отметить, что точно такое же деление дружинников русских князей мы встречаем в «Слове о полку Игореве», где описываются колбяги, буряги, абраги, родруги, тороруги, холоруги, дивмеруги, своруги, о чем мы еще упомянем ниже.
В Западной Европе этому сословию витязей-богатырей соответствовали не просто рыцари, а наиболее приближенные к королю представители высшего воинского сословия. В южнославянских землях сословие витязей сохраняется дольше, чем в других славянских странах.

Все факты говорят о том, что деление общества на жупанов, витязей и смердов существовало у западных славян с глубокой древности. Договор маркграфа Оттона Мейсенского с Дитрихом, маркграфом Восточной (лужицкой) марки 1181 года упоминает следующие категории исконного славянского населения и устанавливает, что «сеньоры владений, которые называются на их языке жупанами, обязанные нести конную службу, то есть витязи, должны, как установлено и приказано, являться на окружные судебные собрания, именуемые ландтагами, а остальные — литы (слово германского происхождения), то есть обязанные нести повседневную службу смерды и те, кто являются чиншевиками церкви, или собственные, пусть остаются дома».

В таинственном и неоднозначном манускрипте Средневековья, известном как «Послание Александра, царя Македонского, славянам», сам божественный Александр определял свой полный царский титул следующим образом: «...царь царем и над цари бич божий, презвитяжный рыцарь...»
Первый славянский политолог Юрий Крижанич в своей книге «Политика» в XVII веке писал: «В Древнем Риме боярские сыны не просто переходили из числа юношей в категорию воинов, а полководец давал юноше воинский пояс, и бывало это знаком того, что он уже не мальчик, а воин и всадник римский. У хорватов можно еще слышать такое выражение: «пасаны витез», или лучше сказать — «пасаны юнак». Но кем были у хорватов эти опоясанные рыцари и как их назначали, я не могу сказать».
Информация эта чрезвычайно интересна для нашего поиска. Сразу же подчеркнем, что бытование у хорватов в старину термина «витязь» ясно свидетельствует против теории заимствования этого слова славянами из германских языков, в частности, против теории заимствования и изменения первоначальной формы — «викинг». Очень важно, что Крижанич проводит параллель между славянскими витязями и римским сословием всадников. Этот же пассаж поможет нам лучше понять исторические сведения об аристократическом воинском сословии Древней Руси — «золотых поясах».
У нас есть свидетельство того, что на Руси витязи имели отношение к становлению боярского сословия знатных дружинников. В Русском Хронографе мы находим сведения относительно Троянской войны, описанной Гомером. «Твердонырному же сице приату бывшю Трою, инде же пишетъ, сткломъ и медью и воскомъ сотвориша фарижа (коня) сера, тем же образомъ аки конь, и в немъ затвориша 300 витезь, сирече боляр вооруженныхъ».

Здесь витязи фактически являются синонимом бояр. Однако надо учитывать, что во времена, когда писался Хронограф, память об изначальных функциональных сословных особенностях витязей была довольно смутной. Впрочем, их отождествление с боярской верхушкой общества Древней Руси вполне корректно. Обратим внимание и на число 300, коим исчислялось количество воинов, помещенных в Троянского коня. К этому загадочному числу мы обратимся ниже.
По имеющимся историческим свидетельствам, можно утверждать, что у западных славян витязи — прямая аналогия западному рыцарству, конное военное сословие. В «Славянских древностях» Л. Нидерле писал: «Большая постоянная дружина из 3000 защищенных доспехами мужей (loricati) была у польского князя Мешко. У Болеслава Храброго в городах было 3900 лорикатов. Из них развилось будущее польское рыцарство. Меньшие дружины упоминаются у балтийских славян; в Померании и у более мелких правителей имелись свои дружины в 30 всадников. На юге дружина также засвидетельствована в IX веке в описании боев князя Людевита с Борной».

В грамоте Лаутенбергского монастыря от 1181 года упоминается о наличии у сербского племени далеминцев нескольких социальных слоев, и среди них слой, называемый withasii, что является латинской транскрипцией полабского слова vicaz, чешского vitez, польского zwyciezca, русского витязь, церковнославянского витезь, то есть все формы произошли от праславянского «витегь». Это был слой конных воинов, ибо в грамоте говорится вполне определенно про службу этих людей: «in equis servientes, id est withasii».

Л. Нидерле предполагал, что слово viting, как исходное для витязей, служило для наименования тех воинов, которые. приходили на войну вооруженными и призывались условным знаком — поджиганием вороха прутьев, называемых VIII. Думается, что тут может быть скорее обратная связь. Прутья получили свое имя от витязей, этимологические корни имени которых бесспорно лежат в области особого воинского духа — «вита», о чем чуть ниже. Таким образом, не совсем обоснованными выглядят сетования некоторых русских мыслителей о том, что у нас не было своего национального рыцарства. Было!

Любопытным является и название для землепашцев-смердов — литы. Не здесь ли кроется отгадка этнонима «литва», племени, которое, безусловно, долгое время занимало подчиненное положение по отношению к западному, а затем и восточному славянству. Договор двух маркграфов является ценным документом, оставившим нам свидетельство того, что зависимое от немецких крупных феодалов славянское население делится на две группы. К первой относятся жупаны и витязи, обязанные являться на судебные собрания, а литы-смерды и чиншевики подобного права-обязанности не имели и составляли низший зависимый слой населения.

Славянские жупаны, по древним источникам, приравнивались к крупным и средним феодалам Запада — сеньорам. Под их началом служили конные рыцари — витязи. Германский «Дранг нах Остен» уничтожил у балтийских славян как жреческое сословие, так и князей, обладавших светской властью и занимавших верхнюю ступеньку в политической организации второго сословия индоевропейской традиции, в своей полноте долго сохранявшейся у арьев Индии, кельтов Европы, летто-литовцев и, конечно, у балтийских славян. Жупаны занимали в этой иерархии у славян вторую ступеньку, примерно соответствуя по положению русскому боярству. Очень важно, что у западных славян, как и у кельтов, трехчленная арийская структура общества сохранилась в чистом виде. Первое «брахманское» сословие образовывали жрецы, второе сословие, со своим внутренним иерархическим делением, образовывали князья, жупаны и, наконец, витязи. Третье сословие литы-смерды.

Это же структурное деление общества мы вправе предполагать и у восточных славян. Арабский путешественник Ибн Руста, чье сочинение датируется 903—923 годами, пишет с русах на Волге: «Вооружение их состоит из дротиков, щитое и копий; другого оружия не имеют. Глава их зовется супанчен». Современный исследователь М. А. Серяков совершенно верно усматривает в этих «супанчен» жупанов. «Ему они повинуются, и от приказаний его не отступают. Жилище егс находится в середине земли славян. Помянутое выше лицо, которого титулуют они «главою глав» (великий князь), зовется у них Святополк (Свет Малик?). Это лицо стоит выше супанчена, который считается лишь его наместником».
Отступая от главной темы, мы не вправе не обратить внимание читателя на выше приведенные факты, рассматривая их в контексте спора с норманистами. Вся терминология, посвященная иерархическим взаимоотношениям воинского сословия русов на Волге и в Булгарии, убеждает нас в том, что перед нами славяне и никто другие! Нет среди них ни конунгов, ни ярлов, как бы ни мечталось об обратном скандинавоманам.

Стоит еще раз подчеркнуть, в рамках того же спора, что на западнославянском материале мы вправе видеть и в слове «князь» чисто славянский, а не германский сословно-родовой термин. Древнеславянский князь совмещал в себе светскую и духовную власть, что было нехарактерно для германских племенных вождей. В польском языке: ksiaze — князь, ksiadz — священник, ксендз. В чешском: knez — и князь и жрец, knezstwo — духовенство. В серболужицком языке knez — это поп!
Современный исследователь, историк и публицист Г. Я. Макеев полагает, что русское слово «витязь» состоит из корня «вит», местоимения «яз» (аз — я) и окончания «ь» (ерь). Как редуцированная гласная буква «ь» могла в древности оглашаться звуком «е» (еси), а все сложносоставное слово расшифровываться — «я есть вит».

Что же это за таинственный корень «вит»? Конечно, на память сразу приходит масса слов, образованных от латинского корня «вит» и обозначающих понятия, связанные с жизнью, иногда с душой, например: витальность, то есть жизненность. Но мы не можем утверждать то же самое и для древнеславянского языка, не проведя всестороннего анализа.
Очевидно, что корни воинского сословия витязей, отличного от княжеских дружинников, лежат в далеком прошлом арийских народов.
Древняя, дохристианская история славянских народов доносит до нас смутные воспоминания о том, что существовал особый вид воинского служения при храмах. Видимо, эти храмовые воины и назывались изначально витязями.
 
Так же рекомендуем посмотреть

Комментарии

Пока нет комментариев